«Если они испугаются,
то начнут делать
необратимые вещи»

5 мая 2012 года, Дом молодёжи Василеостровского района
(Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 65)

«А у детства нет прошлого…»
Вечер памяти кинорежиссера Леонида Нечаева (1939 – 2010)

Два года назад Леонида Алексеевича не стало. Но память о нём жива в его фильмах; кроме того, её хранят люди, успевшие поработать с большим мастером в разные периоды его творчества.
В этот вечер на сцену выйдут киноактёры, снимавшиеся в фильмах Леонида Нечаева как в детском, так и во взрослом возрасте. Многие из вчерашних детей-актёров выступят перед зрителями впервые за несколько десятков лет. Их судьбы сложились по-разному: кто-то успешно окончил театральный вуз и стал профессиональным артистом, кто-то обнаружил в себе талант предпринимателя, а кто-то выбрал стезю простого труженика.
В исполнении петербургских и московских музыкантов прозвучат песни из фильмов Леонида Нечаева. Гости вечера увидят фрагменты из фильмов и редкие фотографии со съёмочной площадки, услышат воспоминания о работе над различными картинами.

В вечере памяти принимают участие:
- вдова кинорежиссёра Надежда Нечаева;
- Народная артистка РСФСР Светлана Крючкова («Дюймовочка», роль жабы);
- Народный артист России Георгий Штиль («Питер Пэн», роль пирата);
- Наталья Кадочникова, внучка Народного артиста СССР Павла Кадочникова (роль барона Треча в фильме «Проданный смех»);
- Заслуженный артист России Леонид Мозговой («Дюймовочка», роль Крота);
- Заслуженный артист России Анатолий Тукиш («Не покидай», голос Патрика);
- родственники Игоря Красавина («Не покидай», роль Патрика);
- Дмитрий Иосифов («Приключения Буратино», роль Буратино);
- Яна Поплавская («Про Красную Шапочку», роль Красной Шапочки);
- Светлана Селезнёва («Не покидай», роль Марселлы);
- Елена Антонова («Не покидай», роль Марты);
- Татьяна Проценко («Приключения Буратино», роль Мальвины);
- Зинаида Оборнева («Безумная Лори», роль Мэри Макдьюи);
- Павел Чернышев («Сказка о Звёздном мальчике», роль Звёздного мальчика);
- Лариса Пономаренко («Сказка о Звёздном мальчике», роль Инфанты);
- Денис Зайцев («Рыжий честный влюблённый», роль лисёнка Людвига XIV Ларсона);
- Максим Турчак («Питер Пэн», роль Малыша);
- Виктория Гуцол («Сверчок за очагом», роль служанки Тилли)

На вечере прозвучат песни из его фильмов в исполнении н.а. РФ Светланы Крючковой, з.а. РФ Анатолия Тукиша, Милы Муттанен, группы «Ступени», Константина Арбенина и группы "Каперусита Роха".

Ход подготовки вечера памяти освещается на сайте: blog.leonidnechaev.ru
Справки о концерте по телефону в Санкт-Петербурге: 921-46-34

Вместе с группой «Каперусита Роха» готовим две песни к Вечеру памяти кинорежиссёра Леонида Нечаева. В связи с этим вспомнилось вот что… В 2008 году вышла книга с очень нескромным (для меня) названием "Беседы с Арбениным". Её автор - московско-рязанский журналист и деятель рок-андеграунда Анатолий Обыдёнкин obydenkin. Побывав на днях в Рязани, я снова увидел эту книгу и немного её полистал, даже перечитал куски какие-то. Интересно, что многие вещи, о которых мы говорили, ушли в прошлое (в основном, фактологические), но многие - остались неизменными. Поскольку книгу читали далеко не все, мне захотелось несколькими фрагментами поделиться - то есть поделится, скорее, не фрагментами книги, а своими мыслями, которые не потеряли актуальности за эти пять лет.

Про киномузыку и божественный атеизм

Фрагмент из книги А. Обыдёнкина «Беседы с Арбениным» (Рязань, 2008).

Спрашивает – Анатолий Обыдёнкин, отвечает – Константин Арбенин.

- Ты вот, кроме Рыбникова, мельком перечислил среди любимых композиторов ещё Таривердиева и Бориса Чайковского, и мне захотелось вот о чём спросить. Оглядываясь назад, в собственное детство, прошедшее на излёте советской эпохи, начинаешь понимать, что советская композиторская школа была тогда, наверное, сильнейшей в мире. Уж, во всяком случае, киношная музыка точно была круче некуда. В иностранных фильмах очень мало ярких, запоминающихся мелодий: ну, музыка Нино Рота и Морриконе у Феллини и Серджио Леоне, ну, во французских фильмах иногда, ну, в Голливуде сняли «Иисус Христос – суперзвезда» и ещё пару неплохих мюзиклов. А у нас – прямо целое созвездие блестящих композиторов работало в кино: Артемьев, Баневич, Максим Дунаевский, Зацепин, Крылатов, Минков, Петров, Рыбников, Таривердиев, Шнитке… Наверное, действительно «большое видится на расстоянии» и должно было пройти какое-то время, чтобы реальная значимость, реальный масштаб всех этих людей уложились до конца в голове. А может, это просто ностальгия по детству во мне говорит? Или у тебя похожие ощущения?

 - Не похожие, а совершенно такие же. Я тоже склонен проверять такие чувства – а не ностальгия ли это по собственному детству? Но все-таки, уже сотню раз перепроверив, прихожу к выводу, что это объективно: в советском кино времен нашего детства и нашей юности были первоклассные композиторы, и подобных нет ни у нас сейчас, ни на Западе, где таковых никогда и не было. Причем, список очень широк, он не ограничивается двумя-тремя именами. И сейчас, на временном расстоянии, уже становится очевидным, что не только Шнитке и Гаврилин были гениями места и времени, но и многие ныне здравствующие, перечисленные тобой авторы, столь же гениальны. Это ведь была традиция – писать для кино гениальную музыку. Как-то вот так повелось - еще с Исаака Дунаевского, Соловьева-Седого, Богословского и закончилось Градским, Курехиным и БГ – тем, что они сделали для кино. Действительно закончилось, потому что сейчас трудно кого-то вспомнить из современных композиторов, которые бы писали для кино музыку такого же уровня.  Разве что, Айги, но он слишком однообразен и не мелодист, после второго фильма его манера начинает утомлять. Сейчас ведь вообще нет киномузыки как понятия, есть саундтреки. Я лично заметил только одну великолепную композиторскую работу в кино за последние лет десять, а то и пятнадцать – это Энри Лолашвили в фильме Соловьева «Нежный возраст». Ну, с натяжкой еще можно упомянуть «Звезду» Рыбникова, но там сам фильм очень уж никудышный, музыка как бы отдельно от него существует и как кинопроизведение не воспринимается.

Спасибо, кстати, что Баневича упомянул – по-моему, прекрасный композитор. И раз уж речь зашла, то надо вспомнить еще одного замечательного недооцененного ленинградского композитора Игоря Цветкова – он очень много для детей написал хорошей музыки… У меня звуковые дорожки мультфильмов «Золушка» с музыкой Цветкова и «Стойкий оловянный солдатик» Френкеля выписаны на кассету и мы их дома слушаем как симфонии. Просто поразительная музыка – и по красоте, и по драматургии, по всему!  

Знаешь, у меня есть теория по поводу того, почему все это вдруг прекратилось, почему прервалась традиция и в чем она заключалась. Она касается не только музыки, но и современного отечественного искусства в целом. Одним словом это не выскажешь, поэтому я позволю себе подробнее рассказать, что это за теория.

ЛЕГЕНДА О ГЕНИАЛЬНОМ ЧИТАТЕЛЕ

Жил на свете Гениальный Читатель. Он прочел уйму книг и во всех сумел дойти до самой сути, каждую смог оценить по достоинству. Классики почитали за честь стоять на его книжных полках, современники выстраивались в длинную очередь. Когда Читатель заходил в книжный магазин, книги просто сходили с ума: они скрипели от нетерпения переплетами, шелестели страницами, падали со стеллажей прямо к его ногам, а некоторые вели себя еще более бесстыдно - открывали себя на самом выигрышном месте и жирным курсивом кричали: "Прочти меня!". Даже самые заумные книги, которые никем и никогда не были прочитаны, обрели наконец свой покой под лупой Гениального Читателя. Все свои силы и здоровье Читатель тратил на чтение, всю свою душу он вкладывал в книги. Его домашняя библиотека насчитывала несколько тысяч томов и уже перестала вмещаться в небольшую двухкомнатную квартиру, но тут как раз вовремя подоспела Нобелевская премия: Читатель купил себе отдельный дом и оборудовал его должным образом. У Читателя не было ни семьи, ни друзей, общался он только с книгами, да иногда еще заходили журналисты - брали интервью и интересовались творческими планами. И все шло замечательно, пока с Гениальным Читателем не случился вполне закономерный творческий кризис. Читатель погрустнел, потерял вкус к чтению и заразился бессонницей. Современники безнадежно разводили листами и теряли надежду быть прочитанными при жизни. Даже любимые классики не могли помочь - перечитывание не усыпляло, а только утомляло затосковавший по новизне мозг Гениального Читателя.

В таком состоянии он несколько вечеров блуждал по городу, размышляя о своем даре. На душе было пусто, казалось, что все самые лучшие его книги уже прочитаны и от литературы ждать больше нечего. В одну из таких вечерних прогулок Читатель увидел в витрине книжного магазина яркую обложку какого-то бульварного романчика. Удивляясь самому себе, он зашел в магазин, купил это дешевое издание, пришел домой и за ночь прочитал его от корки до корки. Поутру Читатель устыдился своего поступка и, пока никто не видел, выбежал из дома и выкинул книжку в мусорный бак. Вернувшись в свою библиотеку, Читатель вдруг обнаружил, что классики смотрят на него искоса. Какую бы из настольных книг он ни открывал, выходило одно и то же - все авторы осуждали Читателя за его вдвойне скверный поступок. Толстой ставил на вид сам факт чтения такой низкопробной пошлятины, Достоевский присовокуплял еще и то, что книга после этого была выброшена, а Ницше вообще ставил под сомнение подмоченную гениальность Читателя. Все эти упреки можно было пережить, но совершенно невыносимо вел себя Чехов: он не клеймил и не обвинял, он только печально усмехался - и именно это доконало Читателя. Читатель понял, что переступил некий рубикон.

Тогда он повернул все книги в своей библиотеке корешками к стене, разбил лупу и принял обет нечитания. Несколько месяцев он не читал ничего, кроме квитанций об оплате электроэнергии и вывески "Гастроном", маячившей в окне. Потом он стоически отказался и от этого. Долгие годы он занимался лишь тем, что вспоминал прочитанное, переосмысливал его заново, и старые прописи вдруг стали открываться Читателю с новой, неожиданной стороны. Все остальное ускользало от него: глаза, лишенные букв, видели все хуже, руки, оставшиеся без книг, не знали, куда себя приложить, на высохшей, будто пергамент, коже проступали всякие разные слова. Постепенно читатель стал превращаться в книгу - спина его покрылась коленкоровым панцирем, тельце скукожилось и расслоилось на листы, мышечный аппарат плавно перетек в тиснение, кровь перебродила в целлюлозу. Наконец, примостившись на полке рядом со своими любимыми фолиантами, где-то между Кафкой и Гофманом, Гениальный Читатель замер и обрел свой покой...

Эта книга до сих пор хранится в библиотеке имени Гениального Читателя, ее не выдают на дом, с ней можно познакомиться только в читальном зале. Никто еще не смог дочитать книгу до конца. Некоторые пытавшиеся утверждают, что она слишком трудна для восприятия и поэтому бессмысленна, другие говорят, что все ее страницы девственно чисты, третьи рассказывают, что нашли в ней только слово "Гастроном" и разрозненные столбики ничего не значащих цифр, четвертые просто ничего не могут вспомнить. Эта книга пока не нашла своего читателя, она все еще читает сама в себе.

К.Арбенин (с) 2002

Помимо близлежащего квартирника на Невском и двух презентационных концертов с «Сердоликом», наметился у меня целый блок сольников в разных городах. Маршрут таков:

25 апреля – РЯЗАНЬ / подробнее
12 мая – МОСКВА / подробнее
13 мая – НИЖНИЙ НОВГОРОД / подробнее
19 мая – РОСТОВ-НА-ДОНУ / подробнее
20 мая – КРАСНОДАР / подробнее

А ещё меня неожиданно пригласили принять участие в одном совершенно неформатном концерте, который состоится 5 мая в Петербурге. Отказаться от такого я не смог. Подробности – позже, пока – только афиша: 

Спектакль «Темница» продолжает своё житиё-бытиё и, несмотря на свой четырёхсезонный возраст, делает это весьма самоуверенно и активно!
Вот какие новости пришли давеча из Украины: 



Режиссер луганской театральной студии «Deep» Александр Баркар был назван лучшим на Первом всеукраинском фестивале театрального искусства «MРІЙ-ДІМ». Фестиваль проходил с 4 по 8 апреля 2012 года в городе Прилуки. На суд жюри Александр представил постановку спектакля «Темница» по пьесе Константина Арбенина. Постановка 2008 года; в ролях: Дмитрий Момот (Персонаж) и Александр Баркар (Герой). Луганский режиссёр занял первое место и получил премию. После фестиваля "Темницу" сразу пригласили на "Курбалесию" – крупнейший на Украине фестиваль негосударственных театров, который состоится осенью. Его организаторы заявили, что такой спектакль должны увидеть все!

А между тем в феврале исполнилось 20 лет с тех пор, как я написал эту пьесу. Правда, я её потом раз восемь переписывал… Но главное, – однажды «Темнице» очень повезло: театр «Deep», режиссёр Баркар, артист Момот – это большая удача. Я очень рад за них (за пьесу, за персонажей, за театр) и за себя.   
Поздравляю Сашу Баркара, Диму Момота и весь театр «Deep» с очередной победой! 

Позвонил из Соснового Бора режиссёр Юра Зуев и задал сакраментальный вопрос: «Можно нажимать кнопочку delit?» Дело в том, что с лета 2010 года на его компьютере хранился монтажный проект фильма-концерта «Сердолик в Андерсенграде». С радостью отвечаю: да, теперь можно нажимать кнопку! Свершилось: диск «Горошина. Концерт в Андерсенграде» готов, коробка с частью тиража стоит вот тут, рядом со мной, блестит целлофаном и пестрит обложкой, по цветам максимально приближённой к замыслу дизайнера. Это - почти сказочное существо: шестиполосный диджипак (не уверен, что правильно написал это слово) о двух дисках, зовут которых Сиди и Дивиди. Красивый, будто китайский дракон. Но я, как почтальон Печкин, пока его никому не дам и, как Кощей, буду чахнуть над ним ещё некоторое время единовластно, ибо до 26 апреля – нельзя! Его ещё как бы нет. Так что, потерпите, друзья, ещё немного.

Выступая в «Помогать легко» я сказал, что презентация нового альбома состоится 21 апреля в «Книгах и Кофе». Но буквально через несколько дней стало известно, что «Кик» перестаёт функционировать на прежнем месте, и концерт отменяется. Таким образом, презентация в Москве всё-таки (вопреки первоначальному замыслу) пройдёт раньше, чем в Петербурге. За что приношу свои извинения петербуржцам. Петербургский концерт-презентация  – 10 мая в клубе «Da:Da:». Московский – 26 апреля в «Шоколадной Фабрике».

Пока – репетируем. Буду держать вас в курсе дела, а если кому не терпится, то вот тут уже есть кое-какие подробности об альбоме.